Союз Фотохудожников России

НОВОСТИ РЕГИОНЫ ТЕЛЕТАЙП МФР ФОТОГРАФЫ | ПРОЕКТЫ | КОММЕНТАРИИ ПРЕТЕНДЕНТЫ MULTIMEDIA ВЫСТАВКИ КОНКУРСЫ ИЗДАНИЯ КОНТАКТЫ

«ВСЕРОССИЙСКОЕ ОБЩЕСТВО ФОТОГРАФОВ»

Татьяна САБУРОВА. Ведущий научный сотрудник Государственного Исторического музея, хранитель фонда «Фотография ХIХ – начала ХХ вв.» Эксперт фотографии Х1Х в. Министерства Культуры РФ

Накануне 1-й мировой войны в Москве в среде фотографов возникла идея создания профессионального союза. В конце декабря 1914 г. определением Московского особого городского присутствия было разрешено открытие «Первого Всероссийского общества фотографов профессионалов в Москве» и принят устав. Его подписали владельцы московских ателье М.И.Грибов, Г.Г.Трунов, Н.И.Свищов, Е.П.Павлов, А.С.Высоков, Г.А.Чижов, Г.В.Соколов, А.Е.Новиков, М.П.Павлов (ателье «П.П.Павлов»), Н.В.Бажанов (ателье «И.Данилов»), А.Ф.Пекин (ателье «И.Афанасьев»), И.И.Бородулин («Ателье») и другие учредители. Официально считалось, что деятельность нового Общества началась с 1915 года.
По-прежнему чрезвычайно востребованным портретистом в эти годы оставался Н.И.Свищов. Остановившись как-то у витрины ателье «Паола» и рассматривая выставленные там портреты, начинающая актриса М.А.Арнольди-Бершак была замечена владельцем заведения и приглашена на съемку. «Я сразу поняла, - скажет она позже, - что фотографирует меня не совсем обычный фотограф». Свой путь в искусстве светописи и свои рассуждения о жанре портрета Н.И.Свищов описал в неопубликованных до настоящего времени мемуарах «Из воспоминаний фотографа». В них мы встречаем такие слова: «Главное в портретировании - найти характерное в лице фотографирующегося, понять, не смешать со случайным и не упустить это главное …».

В театральной фотографии в 1920-е гг. признанным лидером являлся М.А.Сахаров. Его произведения олицетворяли целое направление в этом жанре. Критики отмечали: «… хвалить работы… «Фотоартели» – это значит повторять уже неоднократно высказанное ранее, значит впадать в трюизм, ставший общим местом». М.А.Сахаров прошел прекрасную школу театральной съемки в ателье И.Г.Дьяговченко и К.А.Фишера. До 1917 г. он работал в Художественном, Большом и Малом Императорских театрах. В преклонном возрасте, подводя итоги своей деятельности, фотограф скажет, что для него основными критериями всегда были «реализм и художественность». Он вспоминал, что К.С.Станиславский не раз говорил, что фотографии «учат его играть»: анализировать мимику, жесты, позы, грим, костюм. По словам О.Л.Книппер-Чеховой, М.А.Сахаров был не просто «хорошим мастером», помогающим актеру в работе над образом, он оказался способным запечатлеть их «художественные стремления и искания».

В 1925-1928 гг. Государственная Академия Художественных Наук (ГАХН) явилась инициатором проведения четырех конкурсов под общим названием «Искусство движения», которые возможно рассматривать в контексте развития театральной светописи. Программа конкурсов включала все виды движений: труд, спорт, а также все то, что имело художественное начало - танец, балет, пластические этюды. Выставки задумывались как пособие к исследованиям в Хореологической лаборатории ГАХН, однако вскоре стало ясно, что не менее важным итогом конкурсов является выявление возможностей светописи в рамках заданной темы. Сюжетами конкурсных снимков стали пластические этюды, сцены классических постановок, характерные и эксцентрические танцы, прыжки. Среди участников конкурсов оказались члены ВОФ - Н.И.Свищов, И.И.Петров, М.С.Наппельбаум, С.В.Рыбин. Любопытно, что профессиональный театральный фотограф М.А.Сахаров не обнаружил явного интереса к проекту «Искусство движения». Его творческие позиции, сформированные еще до революции, в 1920-е гг. не изменились: считалось, что на снимке обязательно должен быть зафиксирован профессионализм балетного исполнителя. От театрального фотографа требовалась особая, проникнутая эстетизмом форма подачи материала. Очевидно поэтому, имея в своем арсенале далекую от совершенства технику, они чаще всего работали в павильоне и фиксировали «позу». Прыжок в исполнении артистов балета академических театров на снимках того времени – явление редкое. М.А.Сахаров в 1931 г. вернулся на службу в Большой театр. В должности фотографа он оставался здесь до 1936 г., продолжив создание уникальной портретной галереи артистов русского музыкального искусства.

Огромный вклад в развитие светописи 1920-1930-х гг. внес В.И.Улитин. Его портреты, считали критики, балансировали на грани импрессионизма и реализма, передавали и сходство, и характеристику, и настроение. Фотограф был знаком с методами работы профессионалов в дореволюционное время: с 1909 г. служил в цинкографии И.Сытина, с 1911 г. – в фотографической фирме К.А.Фишера. В 1920-е гг. он владел ателье «Модерн» в Москве и в анкете ГАХН в 1929 г. указал «портрет» как основную тему творческой деятельности. Современники отмечали мастерство В.И.Улитина: «Уловить типичное выражение, зафиксировать его в наиболее живой и яркий момент, поставить натуру в эффектную и подходящую обстановку, дать красивое, но не извращающее действительность освещение, - все эти задачи по плечу не всякому, даже опытному и способному мастеру». На выставке ВОФ в 1927 г. В.И.Улитин стал призером, среди прочих профессионалов-портретистов, представивших 25 произведений.

В 1920-е гг., как и в дореволюционный период, интересы фотографов-профессионалов выходят за рамки портретного жанра. Напомним, что П.П.Павлов, не без помощи сына М.П.Павлова, в 1891-1900-е гг. создал свою знаменитую серию видов Москвы. Г.И.Раева в 1890-е гг. прославил цикл «Виды Кавказа». М.П.Дмитриев в 1894-1903 гг. работает над «Волжской коллекцией». Он добивается признания в жанре видовой светописи и фоторепортажа, отражает в своих произведениях жизнь трудового народа Поволжья.

В 1920-е гг. в жанре пейзажа с увлечением работает В.И.Улитин. После путешествия на Кольский полуостров коллеги называли его поэтом севера. Его «Беломорская серия» вызвала восхищенные рецензии: «Если дать пейзаж, избранный В.Улитиным, фотографу, лишенному художественного чутья, фотографу-ремесленнику, не художнику, а технику, то вместо великолепных пейзажей получились бы сухие протокольные снимки, скучные, как все, на чем нет печати творчества». В 1927 г. ВОФ провело выставку-отчет путешествия В.И.Улитина на север. В том же году состоялись вызвавшие в фотографическом сообществе большой интерес выставки Н.П.Андреева и М.П.Дмитриева. «Если М.П.Дмитриев являет собой художника объективно-реального, - описывал свои впечатления Э.С.Бендель, - В.И.Улитин – художника восторженно-монументального, то Н.П.Андреев является художником-поэтом». Н.П.Андреев, владелец портретного ателье в Серпухове до 1917 г., вошел в историю русской художественной светописи как прекрасный пейзажист. Показав в 1927 г. свои произведения членам ВОФ, он получил от коллег следующий отзыв: «Впечатление от этой выставки – исключительное: неисчерпаемый запас вкуса, любви к природе, громадная работоспособность, умение выбирать сюжеты и великолепное исполнение». «В чем же особенность этого яркого дарования?» – спрашивали критики. И отвечали: «Главным образом в том, что в каждом его снимке, в каждом его пейзажном мотиве, в каждой его творческой идее – на первом плане художник, остро и тонко чувствующий, переживающий…. Если бы не знать его биографии, то по одним фотографиям можно было бы с уверенностью заключить о его знакомстве с живописью, - так «картинны», так живописны его фотографии».

Термин «картинность», или «живописность» (от английского «pictorial») ввел в оборот английский фотограф Г.Робинсон. В 1870-е гг. он сформулировал задачи, ставшие ориентиром для всех профессиональных фотографов: «Художник, желающий произвести картины с помощью фотографического аппарата, подчиняется тем же законам, как и художник, пользующийся красками и карандашом». Главным же в фотографическом творчестве Г.Робинсон считал построение «фотографической картины».

Термин «картина» довольно часто применяли к фотографическим произведениям 1920-х гг. М.С.Наппельбаум в мемуарах описывает работу Н.П.Андреева: «Вспоминаю … картину «Закурил». Посреди двора стоит крестьянский парень в лаптях, в высокой бараньей шапке, локтями он поддерживает вилы и прикуривает самокрутку, ладонями защищая огонь от ветра. Эта сцена передана с безыскусственной правдивостью и мягкостью, с любовным отношением к самой теме. … Картина «Закурил» хорошо была принята на наших и зарубежных фотовыставках». Рассказывая о структурном построении своей первой персональной выставки 1918 г., М.С.Наппельбаум упоминает раздел «Картины», где были представлены портреты и сюжетные композиции. Одна из самых известных фотографических картин М.С.Наппельбаума «Иосиф и жена Потифара» принесла автору успех на международных выставках.

Тесные дружеские и творческие узы связывали членов ВОФ и РФО. Вступив в 1915 г. в «Первое Всероссийское общество фотографов-профессионалов», они и в дальнейшем участвовали в деятельности этих двух организаций. В конце 1924 г. постановлением НКВД РФО официально вошло в состав ГАХН в качестве ассоциации. Фотографы восприняли это событие как большую удачу. ГАХН признавали высшим научно-художественным учреждением страны, и прикрепление к нему РФО рассматривали как факт общественного признания светописи равноправным видом искусства. Это было важно для ВОФ, так основное внимание в творчестве членов организации было обращено на художественную светопись. В конце 1920-х гг. в среде ВОФ и РФО обостряются споры о самодостаточности природы фотографического искусства, и это находит отражение на страницах журнала. Событием стала публикация статьи Ип. Соколова «Фотография, как искусство», в которой автор заявил: «Простота техники - высшая ступень совершенства». Он предложил фотографам обратить основное внимание на негативный процесс, а позитивный - сделать совсем простым. Это направление Ип.Соколов называет - «обратно к негативу», а идти по пути «раскрепощения от негатива», используя усложненные способы печати, признает неперспективными. Подобную точку зрения высказал А.В.Досекин в статье «О художественности в фотографии»: «Фотография занимает вполне самостоятельное место в плеяде искусств… Самостоятельная, вдумчивая, идейная и, позволю сказать, вдохновенная работа художника в области чистой фотографии будет всегда художественно ценнее всякого, хотя бы и хорошего подражания (изобразительному искусству – Т.Сабурова)». Обработка негатива (ретушь, подрисовка, тонировка) и сложные позитивные процессы стали именоваться «рукоприкладством» и «рукографией».

В это время осуществляется почти полный переход к печати на бромосеребряной бумаге, о чем свидетельствует статистка 20-го Международного салона художественной фотографии в Париже в 1925 г. Среди экспонатов бромосеребряных позитивов было 138, бромомасляных – 66, бромомасляных с переносом – 38, пигментных – 23, гуммиарабиковых – 18, альбуминовых – 4, целлоидиновых – 3, платиновые – 2. Фотографы оценили простоту и дешевизну обработки бромосеребряной бумаги, быстроту получения копий при печати, возможность воспроизведения увеличений, разнообразие фабричных сортов в продаже. Однако, по мнению специалистов, отпечаток на бромосеребряной бумаге отличался «некоторой механической сухостью, довольно неприятной, когда фотограф стремился создать художественное изображение». Критики признавали, что на выставках, где необходимо было продемонстрировать «картину», становилось очевидным, что обычное бромосеребряное увеличение «почти никогда не доводит до предельного развития композиционные возможности, заложенные в негативе». Отметим, что призеры отечественных и международных выставок - В.И.Улитин, Н.П.Андреев, Н.И.Свищов, П.В.Клепиков, по-прежнему выставляли произведения в «благородных» техниках печати.
1920-е гг. становятся «золотым веком» в творчестве членов ВОФ. Их работы получали призы на Международном салоне художественной фотографии в Нью-Йорке (1923), Фотографических салонах в Лондоне (1922, 1923, 1924, 1927), в Париже (1924 – 1927), выставках в Батавии (1923), Турине (1925), Сарагосе (1926-1927), Брюсселе (1927-1928), Амьене (1927), Сетле и Торонто (1927), Нью-Вестминстере (1926-1928), Чикаго (1929), Вене (1929) и др. Иностранная пресса отмечала: «…Искусство процветает в России, и это отражается в коллекции фотографий, которые удивительны по технике, оригинальности и силе».

Большую просветительскую роль в профессиональной среде играли отечественные выставки, в том числе те, что проводились по четвергам в конце каждого месяца в помещении правления ВОФ. Некоторые фотографы устраивали творческие показы в своих студиях. В витринах ателье «Паола» Н.И.Свищов постоянно демонстрировал новые произведения. «Никогда не прохожу мимо вашей витрины, чтобы не заглянуть в нее, - говорил фотографу Л.В.Баратов, - и каждый раз вижу что-то интересное, прекрасное». В июне 1924 г. сюда зашел В.И.Срезневский. Осмотрев работы, он написал в письме к их автору: «Я был у Вас и восторгался Вашими художественными произведениями. Впечатление, оставшееся от посещения Вашей студии, останется у меня до конца дней моих […] На Ваших художественных фотографиях должны поучиться наши молодые фотографы и в отношении творчества, и в отношении техники».

Большое внимание в ВОФ уделяли повышению профессионального мастерства своих членов. Программа курсов для иногородних фотографов и руководителей кружков 1928 г. включала вопросы по химии и оптике, композиции и освещению, позитивному процессу – печати на бромосеребряной и хлоросеребряной бумаге, цветной фотографии и др. Руководил курсами В.И.Улитин. «Со всех концов… съехались фотомастера. Были привлечены лучшие педагогические силы. Лекции по истории фотографии читал А.М.Донде, по оборудованию фотолабораторий – П.В.Клепиков, по лабораторным работам, по негативному и позитивному процессам – В.И.Улитин, по основам художественной светописи – М.С.Наппельбаум и т.д. Помимо лекций и докладов по художественной фотографии была введена практика, в павильоне производились опытные съемки. Иные лекции носили общеобразовательный характер, повышали культурный и политический уровень слушателей по теории и истории искусства, живописи, общественным наукам», - вспоминал М.С.Наппельбаум. «Очень жаль, что мне пришлось слушать лекции по фотографии не на 20-м году моей жизни, а только на 49-м», - сожалел фотограф П.В.Стрельников.

В 1926-1928 гг. члены ВОФ прослушали доклады: «Павильонная работа» (М.А.Сахарова и М.А.Шворина), «Работа на бромосеребряных бумагах» (П.В.Клепикова), «Каждодневная работа фотографа-профессионала» (Е.Я.Элленгорна), «Портрет в художественной фотографии» (М.С.Наппельбаума), «О мягкофокусных объективах» (М.М.Доморадского), «С фотографическим аппаратом вокруг света» (В.Р.Живаго), «О проявителях и проявлении» (К.В.Чибисова) и пр.

Проблемам истории светописи посвятил свои труды проживавший в Ленинграде Н.Е.Ермилов. Он участвовал в учреждении и организации Высшего института фотографии и фототехники, состоял в этом научном учреждении профессором, входил в состав редколлегий «Вестника фотографии и кинематографии» и «Фотографа». Н.Е.Ермилов – автор усовершенствований в области фототехники, собиратель литературы и коллекции портретов деятелей фотографии. В журнале ВОФ он опубликовал документы И.Х.Гамеля и переписку Н.Ньепса с Ж.-Л.Дагерром из фондов рукописного отдела Академии Наук в Ленинграде.

С 4 марта по 17 апреля 1928 г. в Москве в помещении бывшего музея Красной Армии на Воздвиженке прошла выставка «Советская фотография за 10 лет». В ней приняли участие ГАХН, РФО, ВОФ, Московская ассоциация фоторепортеров и Фото-кинолюбительская секция Общества друзей советского кино и пр. Каждая из организаций поначалу предполагала проведение собственной выставки, посвященной юбилейной дате, однако ВОФ убедило их объединить усилия. В президиум Комитета выставки избрали П.В.Клепикова и Л.Д.Эпштейна, членами Комитета стали Л.Д.Эпштейн, Л.Я.Леонидов, М.А.Сахаров (от журнала «Фотограф»), в жюри вошел М.С.Наппельбаум, среди экспертов оказались Э.С.Бендель, А.Н.Тираспольский, П.В.Клепиков. Экспозицию разделили на отделы: «В.И.Ленин в фотографии», «Фотохроника», «Фотография в науке и технике», «Профессиональная и техническая фотография», «Художественная фотография», «Фотография как средство агитации, пропаганды и просвещения» и пр. Среди экспонентов из числа ВОФ награды получили: почетный диплом - Н.П.Андреев, В.И.Улитин, М.А.Сахаров («Фотоартель»), почетный отзыв - Э.С.Бендель, Г.С.Мыс, Н.И.Свищов, Е.Я.Элленгорн, похвальный отзыв - А.А. и А.И.Горнштейны, А.К.Гек, Л.Я.Леонидов, В.Е.Павлов, Н.З.Токанов («Юпитер»). Среди участников были не только москвичи и ленинградцы, но и жители провинции – Г.С.Мыс (Севастополь), Е.Я.Элленгорн (Тверь), Г.И.Раев (Пятигорск), М.П.Дмитриев (Нижний Новгород). В целом на выставку «Советская фотография за 10 лет» 95 членов ВОФ представили 1761 работу, из которых для экспозиции отобрали 878.

По поводу того, что при подготовке выставки отборочная комиссия ввела отделы «Художественная фотография» и «Профессиональная фотография», между участниками произошли разногласия. Члены ВОФ расценили это как разделение произведений на то, что «по заказу» и то, что «из любви к искусству». «Это было проявлением какой-то отрыжки дореволюционной эпохи, когда все «профессиональное» считалось жупелом для любителей-дилетантов, и никак не вяжется с нашей современной идеологией уважения к трудовому человеку», - возмущался Э.С.Бендель. Укор был обращен к устроителям выставки из среды РФО.

Выставка «Советская фотография за 10 лет», продемонстрировав высокое мастерство членов ВОФ и РФО, имела совершенно неожиданный результат. На страницах периодической печати появляются рецензии, упрекающие фотографов в нежелании отразить в своем творчестве современную эпоху. Чем крупнее мастер, чем выше его квалификация, считают критики, тем больше витает он в своих работах «вне времени и пространства» и многие из представленных произведений могли бы «с успехом фигурировать на дореволюционной выставке». Обнаженные женские тела, проникнутые настроением истомы и уныния ландшафты, по мнению прессы, являлись лишь «оболочкой сюжетов, по большей части чуждых людям труда, их кругозору, их морали».

В 1929 г. в журнале «Фотограф» появляется статья Д.Левина, в которой автор сообщает читателям, что «роль частника и некооперированного кустаря в экономике страны уменьшается с каждым днем и каждым часом». Прошли те времена, пишет он, когда государство было заинтересовано в кустарях-одиночках и давало им льготы, ныне их роль «весьма ничтожна». Заключительная часть статьи звучала угрожающе: «Каждому фотографу-кустарю надо помнить, что советская власть … беспощадно сметает всякого, кто не встал в стройные ряды строителей социализма». «Появились новые формы работы, - вспоминал об этом периоде М.С.Наппельбаум, – фотомастерские, фотоателье, фотостудии при тех или иных государственных учреждениях, общественных, кооперативных и т. п. организациях». Происходит кооперирование труда фотографов-кустарей, создаются коллективные предприятия, первым из которых становится «Фотоснимок», в который сразу же было подано 100 заявлений.

Нависает угроза над самим ВОФ. Правление делает все возможное, чтобы сохранить организацию. Чтобы придать работе массовый характер с определенной установкой на участие в строительстве социализма, правление принимает решение о расширении рамок устава. ВОФ превращается в организацию не только для профессионалов, но и для всех желающих. Ставится задача «изжить узкий профессионализм меркантильного свойства». Пропагандируется мысль о том, что деятельность фотографа должна быть не только источником заработка, но и «средством активной общественной работы».

Фотографы пытаются найти новые сюжеты, откликаясь на призыв создавать произведения, в которых бы «идейность сочеталась с художественностью». Такой пример на страницах «Фотографа» продемонстрировал Д.П.Багаев. Его фотография «Завись», на которой крестьянин с грустью взирает на трактор, по мнению критиков, могла бы быть использована «как плакат для пропаганды введения машинизации в сельском хозяйстве». Е.Я.Элленгорн представляет на выставках свои произведения «Дышат …» и «На работу». Актуальные сюжеты (завод в клубах струящегося из труб дыма, толпы людей, идущих на работу ранним туманным утром), облеченные в традиционный для импрессионистов стиль, производят, однако, довольно депрессивное впечатление.

Упреки в «безыдейности» приводят к тому, что, опасаясь критики, члены ВОФ перестают открыто демонстрировать свои работы, о чем сообщает на одном из заседаний редколлегии «Фотографа» П.В.Клепиков.

В 1929 г. в организации состояло 740 членов (156 москвичей, 584 – из провинции). На 1 января 1930 г. в ВОФ насчитывался 791 человек. Финансовая база организации к тому времени значительно сократилась, прекратилось льготное снабжение фотографическими материалами, а читателям «Фотографа» в №№11-12 сообщили, что журнал впредь выходить не будет. Согласно декрету от 6 февраля 1928 г. «Об утверждении положения об обществах и союзах, не преследующих целей извлечения прибыли» ВОФ должно было пройти перерегистрацию. Однако процесс этот затянулся и не был завершен. Через пятнадцать лет после открытия ВОФ прекратило свое существование. ВОФ постигла та же участь, что и РФО. Н.И.Свищов впоследствии скажет, что закрытием этих творческих организаций у фотографов отняли возможность общения, тучи нависли не только над каждым отдельным фотографом-практиком, но и над искусством светописи в целом.

Постановление ЦКПб от 23 апреля 1932 г. «О перестройке литературно-художественных организаций» стало точкой в существовании многих творческих объединений России, находящихся, по мнению власти, в стороне от политических задач современности. Была поставлена новая цель: осуществить перестройку в литературно-художественной сфере и создать новые союзы, с ярко выраженным социалистическим содержанием.

Эпоха профессионала-частника закончилась, однако фотографы и в последующие годы, в новых социально-экономических условиях, продолжили активную творческую деятельность - работали в издательствах, государственных организациях, занимались преподаванием в учебных заведениях и кружках. До наших дней сохранилось их художественное наследие, представляющее исключительный интерес для любителей художественной светописи.


<< Предыдущая страница1 | 2 | 3



Реклама от Яndex и Google помогает нашему сайту выжить, и остаться независимым ресурсом, в наше тяжёлое время. Вы можете отключить её в своей авторской зоне. Спасибо за понимание и участие!
СОЮЗ НОВОСТИ РЕГИОНЫ ТЕЛЕТАЙП ФОТОГРАФЫ | СЕРИИ И ПРОЕКТЫ ПРЕТЕНДЕНТЫ КЛУБ ВИДЕО ВЫСТАВКИ КОНКУРСЫ ИЗДАНИЯ КОНТАКТЫ
Copyright © Союз Фотохудожников России. e-mail: info@photounion.ru (The Russian Union of Art Photographers), 2001-2016
Права на изображения/фотографии принадлежат авторам или Союзу Фотохудожников России, если не оговорено иное.
Любое использование изображений без разрешения держателей прав запрещается.
Дизайн: Букин Максим
Copyright © MaxPhoto.Info, 2010-2016
e-mail: design@photounion.ru