НОВОСТИ РЕГИОНЫ ТАЙП МФР 2019 ФОТОСОЮЗ 2019 ФОТОГРАФЫ | ПРОЕКТЫ ПРЕТЕНДЕНТЫ MULTIMEDIA ВЫСТАВКИ КОНКУРСЫ ИЗДАНИЯ КОНТАКТЫ

<<< ПредыдущаяКОНКУРС «МОЛОДЫЕ ФОТОГРАФЫ РОССИИ-2019»
Конкурс проводится с использованием гранта Президента Российской Федерации
Следующая >>>


Небо цвета дождя


Мелкий      |      Cредний      |      Крупный




<<< Предыдущая

Мы все боимся одиночества. Бежим от него, прячемся в шумных барах, на джазовых концертах, в вагонах метро. Остаться одному — страшно, и каждый ищет свой рецепт счастья, стараясь упрямо опровергнуть поговорку "живём вместе, умираем врозь". Людям свойственна стайность, уверенность в том, что сзади в тяжёлый момент спину прикроет друг, что есть кому позвонить ночью, уткнуться носом в плечо.
Мы ищем взаимности, тепла, восторженной любви по отношению к себе, но к сожалению, всё чаще не находим. В наш суетный двадцать первый не так-то просто по-настоящему с кем-то сблизиться.
И тогда, разными путями-дорогами в наших домах появляются шерстяные, ясноглазые, весёлые дети, а вместе с ними всю территорию захватывают счастье и уют.
Так повелось, что отношение к живности в России долгое время было чисто утилитарным. Корова давала молоко, кобыла тянула повозку, собака сидела на цепи и охраняла двор. Как только единица переставала исполнять в механизме свои функции — он её исторгал. Без сожаления. Без памяти. Корову с лошадью забивали на мясо, отжившее своё собаку уводили в лес, а на её место сажали нового щенка. Просто. Буднично. Циклично. И только малышня, в обнимку с пустой железной миской рыдала по-своему навсегда потерянному другу, не осознавая ещё, что пройдёт пара десятков лет, и они сами повторят то, что испокон века делали их предки.
Однако, времена меняются. Маховик движется медленно, скрипит натужно. Так же тяжело, будто нехотя изменяется отношение к животным в нашей стране. Покуда не ко всем, к сожалению. "Мясные" продолжают жить жуткой, короткой и мучительной жизнью ровно до того момента, пока не подпишет чья-то рука приговор поголовью стать новой партией колбасы. Тут всё средневеково, стабильно. Выхода пока нет. Отмена производства мясной продукции сейчас невозможна, личинки не заменят стейк рибай на тарелке массового потребителя и не дадут такого количества рабочих мест. Экономика ни одной, даже самой развитой страны не пойдёт на этот самоубийственный шаг.
В сфере же "house pets" человечество стало добрее и зависимее. Многие перебрались в города, тут не надо доить коров, оберегать курятник от лис, стрелять волков, добывать жир и шкуры. В мире стекла и бетона от животин требуется совсем иная отдача. Теперь собака, кошка, хорёк, минипиг, ахатины, черепахи и бог весть кто ещё стали нашими близкими, друзьями, психотерапевтами, той самой жилеткой, о которой писала выше. Они нас веселят своими трюками и хулиганскими проделками, спасают от звенящей пустоты жилого отсека, уберегают от инсультов-инфарктов долгими прогулками, облегчают уход старикам и неизлечимо больным в хосписах, становятся связующей нитью между обществом и детьми, страдающими аутизмом. Животные наконец для нас стали чем-то большим, чем кусок мяса, литр молока и клок шерсти.
И вот тут возникает проблема. О которой до поры ни один владелец даже подумать не смеет, всячески отгоняя от себя эти дикие мысли. Но, к сожалению, один из непреложных законов Жизни — Смерть. Проходит время, и тот, кто был рядом с нами долгое время должен уйти. И ничего мы с этим не можем поделать. Как бы не старались, как бы не плакали, не кусали губы, и не ломали пальцы от безысходности — они исчезают. Кто-то говорит, что на радугу. Хотелось бы.
И вот стоишь ты перед ветеринаром, тебе отдают нехитрый скарб, ну там ошейник с адресником, поводок, колокольчик, и требуют решить, что же делать дальше. А ты и глазами от ужаса шевельнуть не в силах, не то что там что-то решать. На выбор — общая кремация (это когда всех в одну кучу и по расписанию в печь), индивидуальная кремация (отдельный мешочек, разумеется, пластиковый и чёрный, в определённое время, под видеозапись, которую через две недели тебе вручат на диске с чёрной же пластиковой урной, в которой погромыхивают несгоревшие кости), либо отдадут в руки ещё не остывшее тело, завёрнутое в простынку. И обязательно предупредят, что мол, де самостоятельное захоронение у нас вне закона, что если поймают, будешь отвечать по всей строгости.
Многие, ради дешевизны и простоты выбирают первое, для кого-то важно знать как прошёл процесс и захоронить самим, но не желают возиться с плотью, а есть и третьи, те, кто не хочет отдавать своего друга чужим рукам до последнего. Самому привезти, самому выбрать место, самому выкопать яму, потеребить в последний раз шёлковое ухо. Это некий обряд самоспасения. Попытка отдать должное, троекратный выстрел над распоротым брюхом могилы. Чтоб не сойти с ума, чтоб знать, куда приходить, чтоб понимать, что ты не просто выбросил тело друга в мусорный бак и заказал у клининговой компании полную чистку квартиры от набившей оскомину шерсти. Тебе необходимо чувствовать, что ты прошёл все круги персонального ада до конца. Что ты сделал всё, что было в твоих силах. Чтоб хоть как-то потом отбиваться от прожорливого чувства вины.
Долгое время мне казалось, что третья категория как партизаны или иностранные шпионы. Их осуждает церковь, ненавидят управленцы городов за навязчивое желание закопать своего почившего "Шарика или Мурку" в общественном парке. Они как тени под покровом ночи пробираются со свёртком в руках и лопатой через пролом в заборе. Выискивают с фонарём место, и тихо, стараясь не звякнуть сталью о камень, начинают рыть. Лишь бы не услышал сторож. Лишь бы успеть всё доделать. Так дело обстоит в миллионниках.
В городках поменьше свой уклад.
На самом западном краю нашей страны плывёт город Балтийск. Город воинской славы и российского флота. Тут много кораблей, рыбы, военных моряков, янтаря и удивительных для москвича вещей.
Одно из них — кладбище домашних животных. Признаюсь, я не сразу поверила, что оно существует в реальности. Думала, старожилы разыгрывают.
На берегу Гданьского залива, среди вековых сосен и буков, под крики чаек и протяжные гудки сухогрузов дремлют в вечности собаки, кошки, джунгарские хомячки, бурундуки. Могил много, все разные. Есть достаточно старые (90х годов), есть совсем свежие. Оформляют их в соответствии со своим вкусом, внутренними потребностями, денежными возможностями. Кто-то обкладывает плиткой, кто-то строит заборчик из досок или обносит кованной металлической изгородью, а кто-то просто втыкает в землю пустые пластиковые бутылки. Видно, что хозяева помнят своих шерстяных, навещают, зажигают лампадки, несут игрушки.
О чём я думала там, бродя меж маленьких, разноцветных захоронений? Наверное, о том, как важно, когда есть кого вспомнить, когда ты можешь прийти к тому, с кем прожил треть жизни, когда всё не заканчивается смертью.
Пока ты помнишь, приносишь свежие цветы и резиновый мячик — они живы.
Следующая >>>


1


К О М М Е Н Т А Р И И:
25.04.2019 11:15 am | Сергей Косолапов

Если удалить текст до "На самом краю нашей страны..." - в самом низу, то будет хорошо.
Реклама от Яndex и Google помогает нашему сайту выжить, и остаться независимым ресурсом, в наше тяжёлое время. Вы можете отключить её в своей авторской зоне. Спасибо за понимание и участие!

НОВОСТИ РЕГИОНЫ ТАЙП МФР 2019 ФОТОСОЮЗ 2019 ФОТОГРАФЫ | ПРОЕКТЫ ПРЕТЕНДЕНТЫ MULTIMEDIA ВЫСТАВКИ КОНКУРСЫ ИЗДАНИЯ КОНТАКТЫ

Copyright © Союз Фотохудожников России. e-mail: info@photounion.ru (The Russian Union of Art Photographers), 2001-2019
Права на изображения/фотографии принадлежат авторам или Союзу Фотохудожников России, если не оговорено иное.
Любое использование изображений без разрешения держателей прав запрещается.
Дизайн: Букин Максим
Copyright © MaxPhoto.Info, 2010-2019
e-mail: info@maxphoto.info